Дело Тихонова — Хасис. Взгляд из Европы.

Завершилось судебное рассмотрение дела об убийстве адвоката Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой, стороны перешли к прениям, на этой неделе будет вынесен вердикт коллегии присяжных. О легитимности самой коллегии было сказано уже не мало, и не мной, а самой бывшей присяжной Анной Добрачевой и новым старшиной коллегии Сергеем Мамоновым, который прямо в зале суде во всеуслышание признался, что читал для своих коллег заседателей статьи в СМИ, посвященные делу, что категорически запрещено законом. Однако судью Замашнюка нормы УПК, кажется интересуют далеко не в первую очередь. Как бы то ни было, я изучила материалы этого громкого дела – все 26 томов, и хочу сегодня представить на ваш суд ключевые моменты, которые составляют базу обвинения. О том доказывают ли они виновность подсудимых – судите сами.

Об авторе. Татьяна Масс – писатель, независимый журналист, член ассоциации русско-французских журналистов, Париж. Закончила МГУ и Сорбонский университет /Франция/.
Работа: радио БиБиСи /корреспондент/, газета «Русская мысль» /обозреватель/.
Победитель международного конкурса для русскоязычных журналистов «Золотое перо» 2008 года. Призер литературных конкурсов в США и Европе. Книги Т.Масс изданы в США и России.


МЕШКИ ВМЕСТО ЛИЦ.

На скамье подсудимых – люди в мешках. Знакомство с этим делом для меня началось 5 ноября 2009 года, когда по ТВ показали эти кадры в хронике по расследовании убийства Маркелова и Бабуровой. Сознание, натасканное современной кинокультурой, зацепилось за необычную картинку. или они Что с ними: избиты до черноты лиц, или это вообще не они? Спустя два месяца Никита Тихонов ответил журналистам Рен-ТВ – их били, а в случае отказа сотрудничать со следствием угрожали отправить Евгению в мужскую камеру…
Дерзкое открытое убийство в центре Москвы. Тот, кто это сделал – личность по-средневековому прямолинейная. Он стремился не просто убрать с дороги мешающего ему человека, а убрать напоказ, заставить заговорить об этом убийстве. Демонстративный характер убийства делает его однозначно «политическим», привлекая все подозрения на сторону националистических группировок. Именно это решение сходу как будто предлагается, навязывается самим преступником.
Жертвы – адвокат и журналистка – люди не воинственные, скорее всего, не ожидавшие нападения. Горечь утраты для их родных никогда не исчезнет. Соболезнование в таких случаях бесполезно. Эта рана зарастет только через поколения.
Кто убийца? Кто организатор или заказчик?
Удивила «скорость», с какой были найдены подозреваемые Н.Тихонов и Е.Хасис – спустя 11 месяцев после убийства. Но еще больше поразила быстрота, с которой некоторые российские СМИ окрестили их убийцами – моментально, как будто забыв, что до вступления в законную силу приговора суда всякий человек является невиновным. Это непонятная поспешность является грубым нарушением профессиональных рамок. Работая на международные информационные агентства, привыкаешь к тому, что до вынесения приговора непозволительно, под угрозой юридического преследования, называть обвиняемых преступниками. Это правило соблюдается весьма строго, хотя, конечно, у авторов существует множество других способов передать свое отношение к описываемому событию или человеку.
Итак, в этом преступлении отразился наш беспощадный век с его приоритетами. В нем, особенно для нас, кто живет не в России, отражаются многие проблемы российского общества. В один узел вольно или невольно оказались связаны смерть и национализм, истерия в СМИ и нестыковки в ходе расследования.
У меня нет в этом деле никакого личного интереса; но некоторые наблюдения над ним не дают мне, скажем так, спокойно пить кофе по утрам. Дело в слове, которое вызывает симпатию у всех людей, независимо от их взглядов: справедливость.


«ЛУЧШИЕ СЫЩИКИ МУРА».

Относительная прозрачность судебных разбирательств, с которой ведется дело Тихонова и Хасис в Мосгорсуде – реверанс в сторону демократизации, который нельзя недоценить. Хотя сама по себе эта открытость не является ответом на все вопросы к тем людям, которые занимались расследованием этого дела.
Сразу после убийства Маркелова и Бабуровой тогдашний начальник ГУВД по г.Москве Владимир Пронин объявил, что в составе следственной группы будут работать лучшие сыщики Московского уголовного розыска. Дело громкое. Заявка серьезная. Московский сыск имеет славные традиции.
Быть может, мы на Западе немного наивны и можем запросто попасть под очарование слов «лучшие сыщики МУРа». Но чем дальше следишь за делом Тихонова и Хасис, тем больше появляется недоуменных вопросов. И сомнений в работе «лучших сыщиков МУРа». Не могут же они, профессионалы, не знать того, что знаем мы – наблюдатели.


ВЕРСИИ ПРОИСШЕДШЕГО.

Из материалов дела складывается стойкое убеждение: с самого начала следствие решило не размениваться на другие версии, кроме «националистической», как будто заранее зная ответ на вопрос, кто виноват.
Следствием были проигнорированы показания лиц, лично знакомых с Маркеловым и его общественной и профессиональной деятельностью. А ведь этими известными людьми был высказан ряд предположений о причастности к убийству Маркелова иных лиц.
Недавно умершая от рака Галина Кожевникова (аналитик центра «Сова») заявила на допросе, что маловероятно, чтобы Маркелов был убит националистами или скинхедами. Она считала, что он мог быть убит за участие в деле полковника Буданова.
Лидер движения «За права человека» Лев Пономарев так же показал следствию, что к убийству Маркелова могли бы быть причастны лица, воевавшие в Чечне, и сторонники президента Кадырова.
Свидетель Наталья Эстемирова (правозащитница «Мемориала», убитая после Маркелова в Чечне) сказала, что деятельностью Маркелова было недовольно руководство Чечни и в частности Рамзан Кадыров. Кстати, за три дня до Маркелова в Вене выстрелом в голову был убит Умар Израилов, интересы которого в Страсбургском суде представлял Маркелов. Израилов обвинял правительство Чечни в пытках…
Однако в материалах дела нет ничего ни о «чеченской» версии, ни о химкинской (Маркелов защищал покалеченного журналиста Бекетова и активно боролся против трассы через Химкинский лес), ни о благовещенской… Чем же занималось следствие, отказавшись от всех других версий преступления? Искало доказательство виновности националистов, то есть работало над «подгонкой» фактов под заранее выбранную версию?
Во время работы над этим материалом я проконсультировалась с французским следователем. Ив-Жан Клютто, аналитик отдела по расследованию убийств с 26-летним стажем, сказал мне, что в деле, где есть два трупа, следствие обязано отработать каждую из версий, возникающую в ходе расследования. Иначе прокурор, который готовит обвинительное заключение, вернет дело на доследование. Почему же российские следователи не стали заморачиваться другими версиями убийства? Профессиональная привычка и усталость в расчет не берутся. Слишком велика цена: две жертвы, и еще два человека, которым теперь грозят длительные сроки заключения, может быть, даже пожизненное…


ФОТОРОБОТ БЕСПОЛЕЗЕН.

Начальник ГУВД Москвы генерал-полковник Владимир Пронин 22 января 2009 года, через три дня после убийства, заявил в «Российской газете»: «Фоторобот убийцы, застрелившего 19 января адвоката Станислава Маркелова и журналистку Анастасию Бабурову, бесполезен».
Действительно, как явствует из материалов дела, свидетелям, выступившим на суде, Мурашкину и Ермаковой, в ходе следствия ни разу не предлагали составить фоторобот убийцы, которого они, как утверждают, видели и могли бы опознать.
Совершенно непонятно, отчего такая банальная процедура, как составление фоторобота, вдруг показалась следствию излишней? Фоторобот не раз оказывал неоценимую услугу для установления личности преступника. Тем более, что очевидцы преступления дают весьма противоречивые описания человека, которого они видели на Пречистенке, где произошло убийство.
Обычно описание внешности при составлении словесного портрета происходит в соответствии с имеющимися криминалистическими методиками. Тем не менее, описание внешности свидетелями Мурашкиным и Ермаковой было дано поверхностно и кратко. После их показаний создается впечатление, что Ермакова и Мурашкин просто не запомнили лицо убийцы.
Так, у свидетеля Мурашкина, опознавшего Тихонова в суде, в показаниях, данных на следствии, возраст преступника то «20-22 года», то «25-28 лет», брови у него то «густые», то «не выделяющиеся на лице», то «русые», то «темные».
Свидетель Ермакова на вопрос, видела ли она лицо убийцы, ответила: «Да, доли секунды, когда у него сполз с лица шарф. Глаза, брови, нос, как-то так… Я могу точно сказать, что… В общем, извините, но я вас опознала», — сказала Ермакова Тихонову из тайной комнаты измененным голосом. Такое решительное заявление Ларисы Ермаковой вызывает сильное сомнение: видела она человека доли секунды более двух лет назад – и вдруг столь уверенно опознала в суде из другой комнаты, наблюдая подсудимого по видеосвязи.
Стоит отметить и обстоятельства, при которых после задержания Тихонова проводилось его опознание с участием свидетелей Ермаковой и Мурашкина. Согласно протоколу следственного действия статисты, участвовавшие в опознании были блондинами, в то время как у Тихонова темные волосы, кроме того они были одеты в джинсы, а Тихонов в форменные брюки от тюремной робы (в то время он уже был заключен под стражу в СИЗО). Данные обстоятельства изложены в протоколе опознания: однако судья Замашнюк запретил огласить эти важнейшие обстоятельства, ставящие под сомнение чистоту следственного эксперимента, в суде.
Дальнейший ход суда и без этого позволил усомниться в показаниях Ермаковой и Мурашкина. Согласно их показаниям, в их сторону бежал молодой человек 20-27 лет с пистолетом в руке, одетый в темную спортивную куртку, темные брюки, кроссовки, шапку. А по показаниям так же допрошенного в суде сотрудника ДПС Черешнева, шедшего по другой стороне Пречистенки, на том человеке были светло-зеленые брюки, и «предмет, похожий на пистолет», он сразу сунул в карман, а не бежал с ним в руке…
А ведь все эти показания могут решить судьбу людей, вина которых еще не доказана. Конечно, люди, видевшие преступника во время преступления, испытали шок, что сдвинуло их «картинку». Но почему так небрежно работает следствие, отказавшись от фоторобота и организуя опознание с процедурными нарушениями?
Постоянно возникающие в суде споры о достоверности доказательств обвинения в самом зародыше пресекает судья Александр Замашнюк, объявляя их процессуальными и не имеющими отношения к делу. Возникает вопрос: суд устанавливает истину или занимается узакониванием материалов, собранных следствием? А как же право на защиту и гарантированная законом состязательность сторон в суде?


НАБЛЮДАТЕЛЬ ЗА КРАСИВЫМИ ДЕВУШКАМИ.

Еще пикантнее история, поведанная суду Поповым, единственным свидетелем, видевшим на месте преступления Евгению Хасис. По материалам следствия, Хасис обвиняется в соучастии в убийстве в следующей форме: «В неустановленное время в неустановленном месте подала Тихонову неустановленным способом неустановленный сигнал о том, что Маркелов вышел на улицу».
Как следует из протокола допроса бывшего сотрудника милиции Александра Попова, он был очевидцем событий, происходивших сразу после убийства Маркелова и Бабуровой, но решение сходить к следователю принял спустя почти год, когда Хасис уже была задержана. Попов утверждает, что после ареста Тихонова и Хасис увидел их фотографии в газете и вспомнил, что год назад видел именно эту девушку на Пречистенке незадолго до убийства.
По утверждению Попова, он видел Хасис на Пречистенке в тот день и хорошо запомнил её лицо, так как «всегда внимательно рассматривает на улице красивых девушек». Правда, красивая девушка была в капюшоне и бейсболке: но он уверен, что видел её на Пречистенке и второй раз, уже после убийства, когда она пыталась перейти улицу. Видел через дорогу с расстояния 100 метров через разделявший их поток машин – и тем не менее уверен, что это была именно она. Зачем Попов сам прогуливался на Пречистенке в день убийства в течение нескольких часов туда-сюда, разглядывая красивых девушек, он так и не смог пояснить суду.
Никаких других доказательств, что Хасис была в тот злополучный день на Пречистенке – например, записей с камер видеонаблюдения – у следствия нет. Опознания Хасис с участием Попова органы следствия не проводили. Он узнал ее только по фотографии в газете «Комсомольская правда». Дававший после Попова показания в суде сотрудник «Комсомолки» Дмитрий Стешин, помимо прочего, пояснил, что на фотографиях, опубликованных в газете, Хасис была сфотографирована вполоборота ночью у костра и не слишком узнаваема.
Позже свидетель Алексей Барановский сообщил в суде об алиби Хасис – они были в магазине на Тимирязевской 19 января 2009 года во время убийства Маркелова. Сама Евгения так же подтвердила эти данные в своих показаниях. Однако следствие попыталось дезавуировать показания Барановского проанализировав биллинг одного из его сотовых телефонов, но не проанализировав даже биллинг официального телефона «Русского вердикта», номер которого висит на сайте организации в Живом Журнале. В то время как сам Барановский в суде показал, что постоянно пользуется несколькими трубками одновременно…


ЧИСТОСЕРДЕЧНОЕ ПРИЗНАНИЕ.

Одним из доказательств по делу являются «признания» Тихонова, данные им сразу после задержания. Эти признания обвиняемого расходятся во многих существенных деталях с показаниями свидетелей убийства. Нельзя серьезно думать, что Тихонов специально скрыл какие-то подробности убийства, поскольку сами по себе эти факты никак не влияют на оценку факта преступления.
Так Тихонов говорил, что сразу после убийства убрал пистолет в карман. А в то же время свидетели Мурашкин и Ермакова утверждают, что убийца бежал с пистолетом в руке. Те же самые свидетели утверждают, что они преградили путь убийце, уходящему с места происшествия, и убийца, подбежав к свидетелю, притормозил и качнул пистолетом из стороны в сторону, давая понять, чтобы ему уступили дорогу. Тихонов ничего об этом не говорит. Как и допрошенный в суде сотрудник автополиции Черешнев, который тоже не видел, чтобы убегавший пистолетом разгонял кого-то со своего пути.
В своих признаниях Тихонов говорит, что произвел выстрелы в Маркелова и Бабурову с расстояния около метра, а свидетель Цуканов заявляет, что убийца стрелял в упор. Тихонов заявляет, что убил Бабурову, боясь, что она может его опознать. Однако, если в момент убийства Тихонов скрывал свое лицо под маской (или шарфом и шапкой, как говорят свидетели Ермакова и Мурашкин), то как Бабурова могла его опознать?
Защита Тихонова утверждает, что он оговорил себя, что эти признания сделаны под давлением со стороны следствия. В Басманном суде 29 декабря 2009 года Тихонов рассказал об угрозе поместить Евгению Хасис в «мужскую камеру», если он не даст показаний против себя. В тот же день Тихонов отказался от своих признаний и заявил о своей невиновности. К сожалению, не впервые методы получения «искренних признаний» вынуждают невиновных людей оговаривать себя. Думаю, что любой человек сделал бы то же самое, если бы речь шла о спасении своих близких.
В фильме «12», который Никита Михалков привозил во Францию, путь к истине начинается с одного маленького сомнения, не дававшего покоя одному скромному присяжному. У меня таких сомнений несколько. Следующее могло бы стать главным, пожалуй, если бы я оказалась присяжным заседателем по делу об убийстве Маркелова и Бабуровой.


ПРОСЛУШКА КВАРТИРЫ.

Перед задержанием Тихонова и Хасис оперативные сотрудники в течение нескольких дней осуществляли прослушивание их разговоров. О чем же говорили Тихонов и Хасис, не зная, что их подслушивают?
Они упоминали убийство Маркелова и обсуждали его между собой – однако из записей этого разговора однозначно следует, что ни Тихонов, ни Хасис к убийству не причастны! Они строят догадки о том, кто мог его совершить, где могут скрываться убийцы, и с какой целью Михаил Маркелов заявил, что убийство его брата Станислава раскрыто. Говорят и о том, что в преступлении могут подозревать их самих (поскольку Маркелов представлял интересы семьи анархиста Рюхина, в убийстве которого безосновательно обвиняли Тихонова).
Если бы люди, убившие политического противника, знали, что их подозревают в убийстве – стали бы они с таким хладнокровием дожидаться ареста? Не легче было бы им «замести следы» и «лечь на дно»? Обычно такие громкие преступления организуются группой лиц по цепочке, с распределением ролей, запасными вариантами, подготовленными для отступления базами и т.д. Где это все? В деле действительно фигурируют некие неустановленные лица с неустановленными ролями. Но разве это что-то объясняет или доказывает?


СТРАННЫЙ ОБЫСК.

Обыск по месту жительства Тихонова был проведен с нарушениями требований УПК РФ. Согласно протоколу обыска, Тихонов и Хасис были задержаны в квартире: они были одеты и готовились уходить. Однако сам Тихонов утверждает, что он задержан на улице и приведен в квартиру уже в наручниках. Хасис была задержана в постели, когда спала. «Что вы чувствовали, когда будили меня прикладом по голове?» — на вопрос Хасис, прозвучавший во время суда, сотрудник ФСБ, проводивший задержание, ответить не смог.
Это доказывается рядом несовпадений в протоколе обыска. В материалах дела имеются сведения о том, что в день задержания – 03 ноября 2009 года – так же как и ранее, велось прослушивание квартиры. В то же время в материалах дела аудиозапись за это число отсутствует. Несмотря на неоднократные ходатайства Тихонова и его адвокатов, аудиозапись «прослушки» за 03.11.2009 не была приобщена к материалам дела. Ведь тогда подтвердились бы слова Тихонова, что он был задержан вне дома, и что при задержании и допросе применялось насилие и угрозы. В протоколе указано, что в ходе обыска проводилась фотосъемка. В то же время сам обыск проходил без участия Тихонова и Хасис: ни на одной из фотографий в деле в кадре нет ни Тихонова, ни Хасис, хотя понятые в кадр попадают. Видеосъемки задержания Тихонова также нет в деле. Сотрудники ФСБ, проводившие задержание Тихонова и Хасис и обыск в квартире, во время судебного слушания путались в показаниях: не могли объяснить, во что была одета Хасис и где она находилась во время задержания.


БРАУНИНГ ПРЕТКНОВЕНИЯ.

В своих признательных показаниях (о которых упоминается выше) Тихонов говорит, что после преступления выкинул всю одежду, в которой был в тот день. Однако орудие убийства он оставляет при себе, мотивируя это тем, что было жалко выкидывать антикварное оружие! Он даже не спрятал этот пистолет вне дома, хотя имел такую возможность. Прокуратура не видит в таких «признаниях» ничего странного. Однако Никита Тихонов, напомню, выпускник истфака МГУ и до ареста работал корреспондентом ряда федеральных газет. В элементарной логике и здравомыслии ему отказать никак нельзя.
Впрочем, следствие так и не смогло доказать, что этот пистолет попал в руки Тихонова до убийства Маркелова и Бабуровой, а не после него. При обыске у Тихонова действительно было обнаружено оружие (три пистолета, револьвер, автомат Калашникова). Тихонов и не отрицает своей вины в приобретении и хранении оружия. Более того, признает, что занимался перепродажей оружия с целью получения средств к существованию. Незаконный заработок был ему необходим, поскольку он находился «в бегах» по подозрению в причастности к убийству Рюхина (в настоящее время указанное дело в отношении Тихонова прекращено). Из материалов «прослушки» ясно: Тихонов понимал, что в убийстве Маркелова могут подозревать его. Тем более странно, что он держал «паленое» оружие у себя дома. Вывод напрашивается сам собой – Тихонов не знал «кредитную историю» находящегося у него «браунинга». По версии следствия, Маркелов и Бабурова были убиты именно из «браунинга», найденного у Тихонова. По заявлению Тихонова в суде, «браунинг» для починки и последующей перепродажи ему принесли за две недели до задержания.


ШАЛЬНЫЕ ПУЛИ.

В материалах дела в качестве вещественных доказательств фигурируют две пули, выпущенные из пистолета «браунинг» 1910 г. Первая пуля была изъята из трупа Станислава Маркелова в ходе проведения судебно-медицинской экспертизы экспертом С.В.Шигеевым. Пуля (по описанию в заключении эксперта) имеет диаметр около 8 мм, длинной 11 мм, пуля деформирована. При этом в заключении СМЭ не указано, что пуля была упакована экспертом.
Вторая пуля была обнаружена свидетелем Д.И.Орловым. Он приехал на следующий день после убийства 20 января 2009 года к 12:15 к месту гибели Маркелова и Бабуровой и увидел, что на проезжей части, на расстоянии около 1.5-2 метра от угла дома по ул.Пречистенка (номер дома не указан) на расстоянии 10 см. от бордюрного камня лежит пуля из металла желтого цвета с сердечником из металла серого цвета.
При этом накануне на месте происшествия работали эксперты-криминалисты: 19 января с 16:03 до 19:15 и 20 января с 12:30 до 13:15 они проводили обследование места убийства с использованием металлоискателя. Однако пулю почему то обнаружили не они, а прохожий Д.И.Орлов. Так же в материалах дела указано, что на улице Пречистенка каждый день, включая день убийства и следующий день, производилась уборка снега снегоуборочной техникой. Не совсем понятно, как же прохожий Д.И.Орлов смог после всего этого обнаружить пулю. Еще одним необъяснимым обстоятельством является то, что на месте происшествия не было обнаружено ни одной гильзы (выстрелов было три). Указанные выше свидетели Мурашкин, Ермакова и Черешнев в суде показали, что убегающий убийца, которого они видели, не останавливался и не подбирал ничего не земли. И еще одно: выстрелов было три – а третья пуля исчезла бесследно.


ЧУЖОЙ АДВОКАТ.

Адвокат Скрипелев был предоставлен Никите Тихонову следователем Следственного комитета РФ, ведущим дело. Он был найден следователем в день задержания Тихонова, причем в ночное время. Это означает, что следователь и адвокат были знакомы накоротке, либо адвокат был заранее предупрежден о том, что его услуги скоро понадобятся. После задержания следствием не были уведомлены родственники Тихонова и Хасис, в связи с чем они были лишены возможности предоставить Тихонову и Хасис своих адвокатов.
После своего вступления в дело Скрипелев сообщил Тихонову, что его наняли родители последнего (это была ложь), после чего, используя свои адвокатские навыки, убедил Тихонова дать признательные показания, обещая взамен содействовать освобождению из-под стражи Евгении Хасис. В течении всего времени своего участия в деле Скрипелев ни разу не вмешивался в ход следственных действий, на нарушения процессуального законодательства при производстве действий с участием Тихонова не реагировал.
Подставной адвокат – услуга следователя самому себе, способ влияния на задержанного в своих интересах. Нужно ли удивляться, что Тихонов мог оговорить себя в таких условиях, да еще и под угрозой незаконного давления на его гражданскую жену?


ЕСЛИ ДРУГ ОКАЗАЛСЯ ВДРУГ…

Самую странную, если не сказать больше, роль в этом деле играет бывший друг Тихонова – Илья Горячев, лидер движения «Русский образ» и соучредитель (вместе с Тихоновым) одноименного журнала-альманаха. Горячев дал показания против Тихонова и Хасис. Именно его показания – одно из главных доказательств их вины. Протоколы допросов Горячева «слили» в Интернет за месяц до начала суда, и как пишет российская пресса, «они сразу стали хитом интернета».
Согласно показаниям свидетеля Горячева (от 9 ноября 2009г. и от 20 апреля 2010г.), Тихонов сам рассказал Горячеву о том, что убил Маркелова и Бабурову. В ходе допросов Горячев заявил о том, что дает показания добровольно и от услуг адвоката отказывается. В то же время Тихонову вопрос о том, сообщал ли он о своей причастности к убийству Маркелова Горячеву, не задавался. Между подозреваемым и главным свидетелем обвинения ни разу не была проведена очная ставка. Что, мягко говоря, странно. При этом, как можно понять из материалов дела, по первоначальным документам Горячев рассматривался следствием, как соучастник и даже организатор убийства Маркелова, но вскоре был переквалифицирован в главные свидетели обвинения…
В своих показаниях Горячев так же заявляет, что Хасис (с которой он был знаком совсем не так близко, как с Тихоновым) тоже, отдельно от Тихонова, сообщила ему о своем участии в убийстве, и при этом зачем-то показала ему свой паспорт…
В этих показаниях очень много белых пятен и откровенных натяжек. Горячев путается в датах, противоречит сам себе, но многие с нетерпением ждут его появления в зале суда.


ПРАВОСУДИЕ ДЛЯ ВСЕХ ИЛИ НИ ДЛЯ КОГО.

Освещение процесса в некоторых российских СМИ нарочито тенденциозно. В обход всех правил профессиональной этики и юридических норм, некоторые российские ультра-либеральные издания (вроде «Новой газеты»), уже написали о Тихонове и Хасис как о несомненных убийцах. При этом недостатки обвинения, все его нестыковки такими СМИ старательно замалчиваются.
«Приходится признать, что авторы большинства репортажей выносят свои оценки на основании идеологии, а не юриспруденции. Неужели справедливость не для всех? Разве родным и близким погибших будет легче, если за убийство осудят подвернувшихся под руку, а не изобличенных людей? Почему вы решили, что следственный и судебный произвол распространяется только на либеральную оппозицию, а националистов судят исключительно компетентные и добросовестные прокуроры и судьи? А ведь речь в данном случае идет не о нескольких годах заключения, а о пожизненном сроке. По делу, сшитому на живую нитку. Подумать страшно! Вы можете ненавидеть или презирать Тихонова и Хасис, но правосудия они достойны точно так же, как любой из нас. В противном случае недостоин никто», — пишет русский эмигрант Владимир Абаринов из Вашингтона. И с ним трудно не согласиться.
Об этом же говорили на пресс-конференции перед началом судебного процесса друзья и адвокаты обвиняемых. Алексей Барановский, работавший и с Тихоновым, и с Хасис, обратился к собравшимся журналистам с просьбой не судить обвиняемых за их взгляды: «Единственное, чего мы хотим – это законности, чтобы закон был один для всех, чтобы не было политизации этого судебного процесса, чтобы не было предубеждения, что если националисты, то, значит, точно виновны. Мы просим лишь соблюдения закона и справедливости», — заявил друг подсудимых.


УГОЛОВНЫЙ ИЛИ ПОЛИТИЧЕСКИЙ?

Непредвзятое впечатление от этого дела: Никита Тихонов уже приговорен. По тому, как идет судебный процесс – видно, что судят этого человека и его подругу за их убеждения, а не за убийство. Не напрасно одним из первых вопросов адвоката потерпевших был: «Скажите, вы националист?». И вместо исследования подробностей преступления в суде начинают изучаться политические взгляды, изъятые при обыске книги, татуировки и т.д. Хотя, на мой парижский взгляд из города, который пережил уже не одно восстание арабских иммигрантов, понятие «националист» вовсе не означает, что человек заранее виновен в каком-либо преступлении.
На мой взгляд, беспристрастный судья должен был сразу же прекратить все разговоры о взглядах подсудимых. Эта информация никакого отношения к делу не имеет. Более того, она посягает на конституционную норму, согласно которой у человека могут быть любые политические взгляды. Сторона же обвинения считает, что взгляды подсудимых формируют мотив для совершения преступления. Другие возможные мотивы убийства, как и другие версии преступления, следствием почему то не рассматривались.
Показательность процесса, взвинченная атмосфера, давление со стороны либеральных СМИ делают из этого дела политическое представление. И не последнюю скрипку в этой постановке, к сожалению, играет служитель Фемиды – судья Замашнюк. Как иначе можно расценить его заявление на одном из судебных заседаний во время очередной полемики с адвокатами защиты: «Предметом рассмотрения в настоящем процессе является доказывание наличия у Хасис и Тихонова националистических взглядов и радикальных идей!»
То есть судья Замашнюк откровенно заявляет о том, что Хасис и Тихонова судят за убеждения. Но ведь если так небрежно, на скорую руку, без лишних объяснений шьются уголовные дела политическим оппонентам, это нехороший прецедент не только для подсудимых. Это преступление в отношении основ правового порядка в России.
На самом деле, в случае с Тихоновым и Хасис для либеральных правозащитников и журналистов есть прекрасная возможность доказать верность классическому принципу, провозглашенному Вольтером: «Я не разделяю ваших убеждений, но пойду на смерть ради того, чтобы вы имели право их свободно высказывать».

Требовать справедливости от следствия и суда после всего вышеперечисленного? Наивно. Чем дальше затянется эта тенденция, тем сильнее будет необходимость спасать честь мундира. Судья, следователи и заседатели, отмахнувшись от многих нестыковок и белых пятен в обвинении, смогут ли спать спокойно, своим решением замуровав двух, может быть, невиновных людей на всю оставшуюся жизнь в камере для пожизненно заключенных?

http://www.apn.ru/publications/article24084.htm

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin 1 COMMENT

Комментарий



подписей

  1. Миронов Олег Геннадьевич:

    Только госбезопасности могло прийти в голову, что связка: : убийство правозащитника и журналиски — дело рук другого журналиста и правозащитницы. Идеально это только с ее точки зрения. Сразу видно откуда торчат волчьи уши убийц. С их точки зрения все кажется безупречным. Так повелось, что в нашей стране судей и прокуроров — убивают криминалы, экстримисты, скинхэды, а адвокатов и правозащитников — погоны. Ибо только последние в открытую противостоят властям. Нет сомнения, что заказ на человека, который сажал героев чеченской войны поступил из правительственной верхушки, потому что подругому с ним сделать ничего было нельзя. Так же, как и с Анной Политковской. А Илья Горячев, видно сидит у них на хорошем крючке, учитывая что он сделал и как потом поступил. Повидимому, его беда стороной все таки не обошла.
    Их никогда не оправдают, постараются тихо ликвидировать со временем, что бы никто и никогда больше не пытался докапываться до правды. Тихонов и Хасис, такие же терпилы в данном деле как и Маркелов с Бабуровой.