Ваша честь! Уважаемые присяжные заседатели!
Из своеобразного … остановлюсь на этом слове … из своеобразного толкования председательствующим действующего уголовно-процессуального Закона, регламентирующего судебный процесс с участием присяжным, я лишен возможности довести до вашего сведения доброй половины той информации по делу, которую вы, по-моему мнению, должны знать для вынесения справедливого вердикта.

Итак, мой подзащитный – подсудимый Тихонов Никита Александрович обвиняется в совершении нескольких преступлений, в том числе:
— в использовании заведомо подложного документа – паспорта на имя Тарасова Андрея при заключении в 2009 году в Москве 2-х договоров по найму квартиры в Борисовском проезде и на улице Свободы;
— в незаконном приобретении в неустановленное время, повторяю, в неустановленное время), ношении и хранении, совместно с Хасис Евгенией, в составе группы лиц по предварительному сговору, огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, то есть всего того, что было обнаружено при обыске у него на съемной (снимаемой) квартире на улице Свободы, за исключением пистолета «Браунинг», калибра 7,65 мм.;
— в незаконном приобретении, хранении и ношении пистолета «Браунинг», калибра 7,65 мм., и боеприпасов к нему, совершенном совместно с Хасис и другими неустановленными лицами, то есть в составе организованной группы.
Как при использовании подложного паспорта, так и в незаконном обороте огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ Тихонов вину свою признал, за исключением 2-х моментов:
Первый: Хасис не имела отношения к приобретению, хранению и ношению указанных запрещенных к свободному обращению предметов.
Второй: пистолет Браунинг калибра 7,65 мм. не использовался как лично им, так и совместно с Хасис и другими неустановленными лицами при лишении жизни адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой.
За те действия по незаконному обороту оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, которые Тихонов признает, он готов нести заслуженное наказание.

В этой связи позволю обратить ваше внимание, уважаемые присяжные заседатели, на следующее.
На каждом судебном заседании, наш председательствующий – господин Замашнюк Александр Николаевич настойчиво напоминает вам, как и другим участникам процесса о строгом соблюдении требований действующего уголовно-процессуального закона. Так вот, согласно пункту 2 части 1 статьи 73 УПК РФ, обязательному доказыванию подлежат мотивы совершенных виновным деяний. В уголовном праве мотив совершенного преступления трактуется как побуждение, которым руководствовался преступник. Побуждение же – это субъективный фактор, который объективно реализуется, проявляется лишь в цели преступного поведения.
В 2006 году в силу известных вам обстоятельств (незаконного объявления в розыск по необоснованному обвинению в убийстве Рюхина) Тихонов был поставлен перед выбором: либо-явиться в милицию и в условиях изоляции (в аресте он не сомневался) доказывать свою невиновность либо перейти на нелегальное положение. Он избрал второе и в итоге оказался у «разбитого корыта» — без любимой работы (журналистики), сложившего возле него окружения из друзей, приятелей, близких родственников, материальных средств существования.
Отсюда вытекает и его последующие шаги – случайные заработки в качестве грузчика на авторынках, ночевки в палатках в лесах Подмосковья в летний период, съемные комнаты зимой, встреча с Евгенией Хасис, возникшее чувство любви к ней, нежелание выглядеть в отношении с нею заурядным бомжем, — все это привело его к занятию востребованному , к большому сожалению, в наше время незаконному оружейному бизнесу, приносящему стабильный и весьма прибыльный доход.
То, что сказано мной в телеграфном формате (режиме) позволяет мне утверждать, что мотивом занятия Тихоновым оружейным бизнесом было извлечение материальных средств для своего существования в условиях нелегального положения. Почему он оказался в таком положении, я кратко сказал выше. Повторяться не буду. Скажу только, что в мае и июле 2010 года, после неоднократных заявлений и жалоб Тихонова в различные правоохранительные органы, обвинение в убийстве Рюхина с него снято и ему разъяснено право на реабилитацию.
Таким образом, вина Тихонова в незаконном обороте огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, по моему мнению, лежит как на нем (основная), так и на нашей правоохранительной системе, которая, мягко выражаясь, потеряло доверие в объективности и беспристрастности в глазах простых людей.
Теперь об основном обвинении Тихонова Никиты в лишении жизни 2-х лиц – адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой выстрелами из огнестрельного оружия, совершенном на основе собственной исключительности в составе организованной группы (Хасис Евгении и неустановленных лиц), по мотивам идеологической ненависти и вражды, с целью скрыть другое преступление.
То, что преступление совершено молодым мужчиной, зафиксированным видеокамерами наружного наблюдения на улице Пречистенка и на станциях московского метро, как и то, что при этом оружием преступления являлся обнаруженный на съемной квартиру Тихонова пистолет браунинг калибра 7,65 мм., — полагаю, что сомнений ни у кого нет.

Вопрос в другом – был ли этим молодым человеком Тихонов Никита Александрович, что безапелляционно утверждается стороной обвинения.
При решении этого ключевого вопроса рассматриваемого уголовного дела прошу вас, народные судьи, иметь в виду следующее.
Начну с вещественных доказательств, так называемых немых свидетелей происшествия — с одежды злоумышленника.
Согласно выводам фототехнической экспертизы (том 11, л.д. 30-52), «… на человеке, запечатленном в представленных видео-файлах, находились:
— кепи коричневого цвета, с коротким козырьком и двумя белыми полосками с левой стороны;
— черный шарф;
-короткая куртка серо-голубого цвета, свободного покроя, с воротником-стойкой, с черными внутренними манжетами на рукавах, с резинкой по низу, с врезными карманами на талии, с застежкой типа молния;
— под курткой имелась светлая кофта с воротником или толстовка с капюшоном;
— черная перчатка на левой руке;
-синие джинсы;
— вероятно, черная обувь;
— черная, наиболее вероятно, кожаная поясная сумка, с металлическим замком-защелкой, закрепленная на отдельном ремне.
Устанавливаемое лицо имело при себе:
— возможно обложку для проездного билета красного цвета или же карманную визитницу кожаную красного цвета.
Что из названных предметов сторона обвинения представила в качестве вещественных доказательств того, что человеком запечатленном на представленных файлах, является Тихонов Никита Александрович? Только кепи коричневого цвета с двумя белыми полосками!!!
Представленная же на экспертизу куртка из джинсовой ткани, изъятая в ходе выемки 17 ноября 2009 г. у свидетеля Стешина Д.А., не совпадает по признакам внешнего вида с курткой, находившейся на человеке, запечатленном видеокамерами наружного наблюдения. В отношении поясной сумки эксперты не смогли дать какого-либо определенного заключения. Об остальных названных мной предметах как о вещественных доказательствах сторона обвинения ничего не заявила.
Возвращаемся к головному убору. Вот как описывают его очевидцы происшествия, допрошенные в качестве свидетелей сразу же после происшествия, как говорится, по «горячим следам»:
Свидетель Цуканов А.Д.: «… на голове у него была одета темная вязаная шапка …» — т.14, л.д.93-98, 103-104;
Свидетель Черепнев А.И. : «… на голове капюшон …»; после предъявления видеозаписей : »…на голове была одета шапка с небольшим козырьком» ;
Свидетель Мурашкин А.Е. : « … на голове шапка вязанная, темного либо синего либо ерного цвета, то ли натянута на лицо, то ли его лицо было замотано шарфом … если у него была шапка-маска, то у нее только одна большая прорезь для глаз и для носа …».
Свидетель Ермакова А.В. : « … на голове у молодого человека была надета вязанная шапка … натянутая на лицо …».
И лишь на последующих допросах при предъявлении им видеозаписей наружного наблюдения (оформленных в рамках допроса либо протокола осмотра видеозаписей наружного наблюдения, все названные свидетели в один голос заявили, что на голове молодого человека была одета шапка темно-коричневого цвета со светлыми полосками слева. Смотрим протокол обыска в съемной квартире Тихонова от 3 ноября 2009 г. Там указано, что «… в шкафу на верхней полке обнаружена трикотажная шапка темно-коричневого цвета с козырьком, с левой стороны шапки имеется надпись «PROTEST», на отвороте шапки имеется надпись «BOARDWEAR».
Фото этой шапки вам, уважаемые присяжные заседатели, (том 13, л.д. 117) государственный обвинитель продемонстрировал. Вы, безусловно, обратили внимание на то, что слово «протест» латинскими буквами выполнено крупным шрифтом, не заметить такой ярко отличительный признак головного убора вряд ли возможно, когда человек проходит мимо таких наблюдательных и словоохотливых свидетелей, как Мурашкин и Ермакова.
В названном протоколе обыска также указано, что обнаруженная шапка была «… упакована в оранжевый пакет с надписью экспедиция и снабжен этикеткой с пояснительной записью». Что я этим хочу сказать? Вспомните афоризм о том, на ком шапка горит, поэтому первый шаг, который даже начинающий следователь делает в данной ситуации: с участием специалиста осматривает этот предмет и направляет его на криминалистическую экспертизу для выяснения, нет ли на ней продуктов сгорания, оставшихся после стрельбы из огнестрельного оружия. Результат отрицательный, несмотря на то, что в Маркелова и Бабурову было произведено три выстрела с близкого расстояния, почти в упор. Биологическая экспертиза по потожировым отложениям на шапке для определения группы крови и резуса, что позволило бы на все 100% идентифицировать лиц, которое носило эту шапку, не проводится. Можно ли при этаких обстоятельствах изъятую при обыске шапку считать вещественным доказательством? По моему, нельзя!
При оценке моих изложенных доводов имейте также в виду, что Тихонов отрицает принадлежность ему шапки, изъятой при обыске.
Других вещественных доказательств, непосредственно свидетельствующих о причастности Тихонова к происшествию на улице Пречистенка 19 января 2009 г., по моему мнению, сторона обвинения не представила.

О показаниях свидетелей Мурашкина А.Е. и Ермаковой А.В., сотрудников представительства иностранной фирмы «Зульцер ПАМС лдт.». Они опознали Тихонова как молодого мужчину, который 19 января 2009 г. на улице Пречистенка, сразу же после услышанных ими хлопков от выстрелов, быстрым шагом или бегом проследовало мимо них в сторону станции метро «Кропоткинская». При этом молодой человек, по показаниям Мурашкина (Ермакова этого не заметила) в правой руке держал пистолет и движением этой руки дал им понять, что надо посторониться. Для сведения, ширина тротуара в этом месте 2 метра 83 см., что отмечено в протоколе осмотра места происшествия.
На многочисленные вопросы со стороны защиты, указать какие-либо особенности опознанного ими лица, названные свидетели так ничего конкретного не сказали. Опознали и баста!
Показания свидетеля Мурашкина на предварительном следствии о приметах этого же молодого человека мало чем отличаются от того, что сказал в суде:
«… каких-либо особенных примет у молодого человека я не заметил … он пытался закрыть лицо то ли шапкой маской, то ли темным шарфом, что в сочетании с надетой на голову вязаной шапкой создавало такое впечатление … в какой-то момент шарф у него спал и я увидел его лицо, это было в течение долей секунд (так записано в протоколе) я обратил внимание, что у мужчины были видны брови, вроде они были русые, лицо обычной формы, разрез глаз обычный, нос обычный …» (том 14, л.д. 46-47).
При предъявлении в «живьем» виде (просьба свидетеля) он заявил, что опознает Тихонова (цитирую) «… по росту, телосложению, форме носа, форме глаз, чертам лица …» (том 5, л.д. 235-237).
Посмотрим теперь на показания этого же свидетеля, зафиксированные с участием понятых в протоколе осмотра от 5 февраля 2010 г. при предъявлении ему видеозаписей с камер наружного наблюдения (том 14, л.д. 162-172).
Из этого протокола явствует, что свидетель Мурашкин 12 раз указал на молодого человека как на то лицо, которое он видел 19.01.09 г. на улице Пречистенка с пистолетом в правой руке. Разве по этим кадрам нельзя определить и запомнить рост молодого человека, его телосложение, лицо обычной формы, разрез глаз обычный, нос обычный? Конечно можно. А затем спустя девять месяцев, после объявления по всем средствам массовой информации было высоким лицом объявлено, что убийца адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой арестован и дает признательные показания, свидетель Мурашкин со спокойной совестью, без тени сомнения по тем же крайне неопределенным приметам опознать Тихонова «живьем».
Свидетель Ермакова так показала на следствии о приметах молодого человека, которого видела 19 января 2009 г. на улице Пречистенка:
«… нормального телосложения, лицо обычной формы, большие глаза темного цвета с узкими значками … мне сложно описать черты лица молодого человека, однако если мне его покажут, то, думаю, что смогу и постараюсь (обратите внимание на слово «постараюсь») его узнать …» (том 14, л.д. 54) И действительно, она его узнает в Тихонове Никите по (цитирую) «… по телосложению, пропорциям тела, манере двигаться, чертам лица» (протокол опознания от 10 ноября 2009 г. (том 5, л.д.231-234).
При оценке этого доказательства, на мой взгляд, также надо иметь в виду, то, что при предъявлении свидетелю видеозаписей с камер наружного наблюдения, она «постаралась» семь раз (цитирую) «узнала (так записано в протоколе) того самого мужчину, которого я видела после того, как он произвел выстрелы в мужчину и женщину, как впоследствии узнала были адвокат Маркелов и журналистка Бабурова …» …» узнала, когда тот набежал на меня и Мурашкина … и при этом державшего в правой руке пистолет …» (том 14, л.д.67-72).
В суде, как помните, уважаемые присяжные заседатели, двух последних подробностей – как очевидца стрельбы молодым человеком в Маркелова и Бабурову , так и наличие у стрелявшего в правой руке пистолета) свидетель Ермакова дала иные пояснения
Итак, правомерно поставить вопрос, есть в приведенных показаниях свидетелей Мурашкина и Ермаковой , в их словах и выражениях что-то особенное, индивидуальное, то , что могло бы отличить одного мужчину от другого. Этот вопрос решать вам, уважаемые присяжные заседатели. На мой же взгляд, по таким словам и выражениям, которые зафиксированы в протоколах, в том числе в протоколах опознания и, надеюсь, в протоколе судебного заседания, можно категорически отличить лишь человека от обезьяны!
При оценке доказательственной ценности показаний свидетелей Мурашкина и Ермаковой, уважаемые присяжные заседатели, прошу также иметь в виду, что все приведенные по видеоматериалам наружного наблюдения фототехнические экспертизы однозначно заключили, что (цитирую) «на представленных видео-файлах не содержится изображений человека, интересующего следствия, пригодным для фотопортретной идентификации».
Кроме того, уважаемые народные судьи, судебная практика знает множество примеров, когда свидетели под влиянием различных факторов, в том числе особенностей характера той или иной личности, возможной зависимости от властных структур и порой просто от уверенного тона следователя при допросе, его едва заметного нажима, преувеличивают внешнее сходство посторонних людей с преступником. В нашем же случае на категоричности показаний названных свидетелей, при отсутствии индивидуальных признаках опознанного ими лица, могла сказаться их работа в одной иностранной фирме и в силу этого возможность совместно неоднократно обсуждать детали происшествие, свидетелями которого они были.
Дать полную, всестороннюю и объективную оценку показаниям на следствии свидетеля Горячева, находившегося под защитой государства, но не явившегося в суд, без оглашения имеющихся в распоряжении суда 2-х его заявлений, дать оценку его показаниям о причастности Тихонова к лишению жизни Маркелова и Бабуровой, я, к сожалению, такой возможности лишен по единоличному решению председательствующего со ссылкой на рамки действующего уголовно-процессуального Закона для судов с участием присяжных заседателей в силу этой причины позволю лишь просить вас, присяжные заседатели, не учитывать показания Горячева при решении вопроса, виноват ли Тихонов в убийстве названных выше лиц.
Прошу также не учитывать показания свидетеля Голубева С.А. в части того, что он якобы в 2007 году получил от Тихонова предложение вступить в подпольную боевую организацию типа «Борн» для физической расправы с людьми иной идеологической направленности, кроме националистической, с сотрудниками правоохранительной системы действующей власти и ее чиновниками. Реально ли то, что Тихонов, в каком бы он положении не находился, после 2-3 встреч с незнакомым лицом напрямую сделал ему такого рода такого рода предложение. Что Тихонов – совсем …. Далее не продолжаю.

Сторона обвинения, ссылаясь на обнаруженную при обыске у Тихонова информацию на электронных носителях представила вам, уважаемые присяжные заседатели, подсудимого Тихонова как лицо, которое было хорошо осведомлено о том, что:
— нельзя тащить домой использованные ножи и молотки … тем более огнестрельное оружие;
— как стрелять через стекло из автомашины;
— куда следует наносить удары ножом, что бы «выключить» человека;
— как проверить, заходил ли кто в Вашу квартиру в Ваше отсутствие;
— как шифровать важную информацию;
— нельзя пользоваться электронной почтой;
— не обсуждать важных дел дома;
— не забивать ваши записные книжки порожняком;
— не оставлять дома ничего, связанного с национализмом ни на компьютере, ни на диске, ни на флэшке;
— заранее готовится к возможному обыску, дома «отыщи» все записные книжки, все клочки бумаги с записями и уничтожь их … то же самое – касательно мобильных телефонов и СИМ-карт;
— камеры слежения используются на каждом углу: в метро, в магазинах, в банках, в государственных учреждениях, на улицах. Учитывая, что системы распознавания лиц уже давно работают на благо общества, органы могут запросто отслеживать появление и передвижение нужных лиц. Ни всякую камеру можно заметить невооруженным взглядом …;
— не храни в квартирах одежду и обувь, в которой серьезно акционировался хоть раз;
— при аресте самое главное – всегда, при любых обстоятельствах, отрицай свою вину. И так далее и тому подобные наставления.
В тон стороне обвинения прозвучали в суде и показания свидетелей Соколова, Литинского и Васюнина, утверждавших, правда без указания источника информации, что Тихонов радикальный националист, неонацист и даже фашист со всеми вытекающими из этих понятий последствий. А что бы еще наговорили более двух десятков свидетелей из так называемого антифашистского движения. Хорошо, что у государственного обвинителя хватило ума остановиться вовремя и не вызывать этих лиц для допроса в суд. Думаю, что его помощница поступила бы иначе в интересах средств массовой информации так называемой антифашистской направленности.

Итак, по мнению стороны обвинения получается, что Тихонов профессионально подготовленный убийца! Можно так охарактеризовать Тихонова по его реальным действиям, согласившись условно, конечно, на время, что он действительно совершил убийство Маркелова и Бабурову. Итак, Тихонов:
-ведет наружное наблюдение за Маркеловым в период с ноября 2008 г. по 19 января 2009 г. и при этом не выясняет его местожительство район улицы Аргуновской, где он (Тихонов) в отсутствие своих родителей (не раз находились в длительных заграничных командировках) провел с бабушкой свои детские, юношеские и студенческие годы и где знает любую подворотню;
— в качестве места совершения преступления избирает улицу Пречистенку, где только на ближайших к этому месту домах более 50 видеокамер наружного наблюдения;
— в качестве орудия преступления выбирает раритетный пистолет «браунинг» калибра 7,65 мм. 1910 года изготовления при наличие у него более современного и надежного огнестрельного оружия, в том числе и оружия с глушителем;
— вопреки канонам профессионально подготовленного убийцы не освобождается от пистолета. Достаточно было одного движения рукой и оно оказалось бы под днищем стоящей рядом автомашины. Нет, он прячет его в правый карман куртки (показания свидетеля Черешнева) карман, потом опять достает из кармана и, держа в правой руке, показывает свидетелю Мурашкину для того, что бы пройти мимо него и Ермаковой при ширине тротуара 2 метра 83 см.. Затем хранит этот пистолет на съемной квартире вплоть до 3 ноября 2009 года;
— убивает Бабурову, опасаясь того, что она, возможно, его видела ранее и может в последующем опознать, оставляет в живых двух других очевидцев преступления – Мурашкина и Ермакову, мимо которых проходит быстрым шагом либо бегом и движением пистолета в правой руке предлагает посторониться. Профессионально подготовленному убийце все равно отвечать за убийство двух или четырех лиц, для него главное – не оставлять свидетелей, которые могут его опознать!
— находясь в розыске и зная, что подозревается в убийстве Маркелова и Бабуровой, тщательно скрывая даже от близкого окружения свое местожительство, на звонок в 7 часов утра 3 ноября 2009 г., не спросив, кто им интересуется, не приготовив к употреблению по назначению пистолет либо автомат, открывает дверь и, не оказывая сопротивления, отдает себя во власть оперативных работников и следователей. После же завершения обыска на допросе поднимает «руки вверх» и признается в убийстве Маркелова по мотивам мести, а Бабурову – с целью скрыть совершенное преступление, с одной, думаю, понятной всем оговоркой – о непричастности к совершенному преступлению гражданской жены – Хасис Евгении и неизвестных лиц.
Спрашивается, кто же на самом деле Тихонов Никита: профессионально подготовленный убийца, неонацист, фашист либо обыкновенный дилетант. Мое мнение однозначно: дилетант, мечтавший написать художественное произведение о противоборстве оперативного супер-агента спецорганов с профессиональным боевиком националистического толка в современных условиях, то есть примерно то, что мы в течение последних лет видим на наших экранах.
О так называемых признательных показаниях Тихонова Никиты.
Давно известно, что преступник лучше любого другого участника уголовного процесса знает обстоятельства и мотивы совершенного им преступления. Доказательственная ценность признательных показаний не в самом факте признания своей вины в совершенном деянии, а в сообщении неизвестных следствию обстоятельств совершенного преступления. То есть признание рассматривается как источник получение новых, ранее неизвестных следствию доказательств, как обвинительного, так и оправдательного характера. Принимать же на веру признание подследственного – это значит обречь себя на неудачу. Каждое слово подследственного нуждается в тщательной проверке.

Давайте с позиции этих известных любому юристу истин проанализирует признательные показания Тихонова.
Начнем с того, что в них содержится нового, неизвестного следствию на момент первых допросов Тихонова в ночь с 3 на 4 ноября 2009 года.
Сторона обвинения, правда без вашего участия, уважаемые присяжные заседатели , заявила, что следствию до допросов Тихонова якобы не было известно о лишении жизни Маркелова и Бабуровой с применением пистолета системы «Браунинг», в связи с чем ходатайствовала об оглашении вам 2-х процессуальных документов –протокола задержания и постановления о предъявлении Тихонову обвинения от 4 ноября 2009 г., где указан лишь пистолет калибра 7,65 мм., но нет слова «Браунинг». На эту систему пистолета якобы впервые указал Тихонов.
Смотрим заключение судебно-баллистической экспертизы № 12/497 от 22.01.09 г. и там читаем: «… представленные на экспертизу две пули являются частью патронов калибра 7,65 мм., которые предназначены для стрельбы из пистолетов …, разработанных под указанный патрон, в частности бельгийские пистолеты «Браунинг» и других систем оружия, изготовленных также под этот патрон …» (том 11, л.д. 18).
При обыске в съемной квартире Тихонова на улице Свободы следователи до его допроса обнаружили пистолет системы «Браунинг» калибра 7,65 мм. В названных выше процессуальных документах слово «Браунинг» действительно не упомянуто, вероятнее всего потому, что еще не было известно: из обнаруженного ли при обыске пистолета системы Браунинг была выпущена пуля, случайно обнаруженная свидетелем Орловым вблизи места происшествия после того, как оно было обследовано с применением мощных металлоискателей.
Кроме того, Тихонов хорошо знал, что в его арсенале нет другого оружия, кроме «Браунинга», пригодного для стрельбы патронами калибра 7,65 мм. Поэтому он, видя, что в процессуальных документах в качестве орудия преступления назван пистолет калибра 7,65 мм., и зная(повторяю), что у нет другого оружия для стрельбы патронами калибра 7,65 мм., мог сказать, что якобы стрелял из Браунинга. Он (Тихонов), правда, утверждает, ч то слово «Браунинг» он услышал от оперативного работника либо следователя. В том состоянии, в котором он находился в ночь с 3 на 4 ноября 2009 года, такой «мелочи» не придал никакого значения.

Указанные в признательных показаниях другие обстоятельства происшествия, такие как:
— стрелял трижды, по разу сзади в головы Маркелова и Бабуровой, третий выстрел в Маркелова, когда он уже упал;
— во время выстрелов держал пистолет в правой руке, этой же рукой положил пистолет в правый наружный карман куртки;
— после выстрелов быстрым шагом либо бегом направился в сторону станции метро «Кропокинская», по дороге видел людей, которые попадались ему навстречу;
— карточка на проезд в метро была вложена в коробочку красного цвета; входной билет не сработал, пришлось пройти через другой турникет вслед за пожилой женщиной или бабушкой;
— доехал до станции «Библиотека им. Ленина» , перешел на станцию «Боровицкая», сел в поезд и доехал до станции «каховская» или «Севастопольская», вышел из метро и наземным транспортом доехал до съемной квартиры на улице Маршала Захарова», —
все эти обстоятельства, кроме местонахождения съемной квартиры, были хорошо известны следствию, в чем, полагаю, вы, уважаемые присяжные заседатели, убедились в ходе судебного следствия.
Такие же, якобы, сообщенные Тихоновым в признательных показаниях, обстоятельства, как:
— вел наблюдение за Маркеловым, начал их в декабре, а не с ноября, что указано в формуле его обвинения;
— знал домашний адрес Маркелова в районе улицы Аргуновской, где он (Тихонов) ранее проживал далеко не один год;
— убил Маркелова по мотивам мести;
— до февраля 2009 г. проживал на съемной на улице Маршала Захарова, —
Следствие оставило без какой-либо тщательной проверки и оценки Оно даже не удосужилось выяснить, проводил Маркелов в декабре 2008 г. пресс-конференции и где именно.
Лишь одно обстоятельство из показаний Тихонова следствие приняло как должное, а именно то, что он заранее не планировал убийство Бабуровой, лишил ее жизни спонтанно, из боязни что Бабурова может его опознать.
Не в этом ли кроется разгадка сделка Тихонова со следствием, о чем он неоднократно пытался в вашем присутсвии, уважаемые присяжные заседатели, дать подробные пояснения своего самооговора на первоначальных допросах. Каждый раз председательствующий его останавливал под угрозой удаления из зала суда до прений сторон. Думаю, что при прениях сторон Тихонову также не будет предоставлена возможность дать пояснения по причинам самооговора.

Изложенное позволяет мне утверждать, что причина появления так называемых признательных показаний Тихонова – это его сделка со следствием. Ставка – Евгения Хасис! За ее освобождение из-под стражи Тихонов, на мой взгляд, готов был взять на себя любое несовершенное им преступление. Тем более он хорошо понимал, что за незаконный оборот оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ буде осужден по всей строгости уголовного Закона.
О мотивах, которыми руководствуются некоторые лица в стадии предварительного следствия, я мог бы рассказать вам из своей более чем 30-ти летней следственной практики, но председательствующий всех заранее предупредил не делать этого под угрозой лишения слова в прениях. Позволю себе лишь сослаться на широко известное дело об убийстве на станции метро «Ждановская» (ныне «Выхино»). Так вот по тому делу трое обвиняемых – два офицера и сержант милиции , помимо основного преступления, они признавались вплоть до приведения приговора (расстрел) в исполнение, и в убийстве шифровальщика Шеймова, его жены и их малолетней дочери. И только спустя пять лет семья Шеймовых проявилась в США. Возможно кто-либо из присяжных заседателей видел мое интервью об этом по телевизору.
О необоснованности обвинения Тихонова в совершении особо тяжкого преступления по мотивам идеологической ненависти и вражды много и подробно сказал мой коллега – адвокат Васильев А.В. Я с ним полностью согласен. От себя добавлю лишь то, что в умах коренного населения Российской Федерации национализм никогда не воспринимался и не воспринимается как нацизм и фашизм.
В своем выступлении я практически не коснулся вопроса об необоснованности обвинения Тихонова в совершении особо тяжкого преступления в составе организованной группы совместно с Хасис Евгенией и другими неустановленными лицами. Уверен, что этому вопросу свои соображения изложит мой коллега по данному процессу – адвокат Небритов Геннадий Геннадьевич, изложит полно, всесторонне и объективно. Его доводы мне известны и я их разделяю.

Заканчивая свое выступление, позволю себе попросить вас, уважаемые присяжные заседатели при вынесении вердикта, учесть также следующее.
Уже третье десятилетие мы живем в ожидании лучших перемен в жизни простого народа, живем в ожидании, когда батон белого хлеба будет стоить 13 копеек, а килограмм картофеля 10 копеек. К сожалению, эти надежды тают и тают. Законы принимаются чуть ли каждый день, постоянно уточняются и дополняются, но слабо реализуются, а если и исполняются, то исполняются в основном в угоду тех лиц, в глазах которых только монеты, монеты и монеты. И на этом в общем негативном фоне отрадно отметить, что на авансцену политической жизни страны все активнее вступают молодые люди, интересы которых выходят за рамки, какая футбольная команда – «Спартак», «ЦСКА» либо «Зенит» выиграла, которые не принимают так называемый монетарный путь развития Родины, желают иного пути для российского народа, пытаются найти национальную идею, с которой можно успешно идти в будущее. Все это делается со свойственной молодежи эмоциональностью и радикализмом, дорогу к храму ищут путем проб и ошибок, порой весьма трагических. И вот в этой весьма сложной политической обстановке в стране вам, уважаемые присяжные заседатели, важно не ошибиться, полно, всесторонне и объективно обсудить все доведенные до вас доказательства по настоящему делу и принять справедливое решение. Не дать в руки так называемым антифашистам козыри для глумления над нашей прогрессивной молодежь. Лично я считаю, что представленных вам доказательств недостаточно для признания Тихонова виновным в умышленном лишении жизни адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой с применением огнестрельного оружия, с теми отягчающими обстоятельствами, что значатся в формуле его обвинения.
Спасибо!

Адвокат А.Г.Жучков.

http://rusverdict.livejournal.com/126927.html

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin ADD COMMENTS

Комментарий