В деле Тихонова—Хасис поставлена запятая.

Обвинительный вердикт присяжных от 28 апреля 2011 года и последовавший за ним 5 мая приговор Мосгорсуда, согласно которому Никита Тихонов получил пожизненное лишение свободы, а его гражданская жена Евгения Хасис — 18 лет заключения в колонии, вовсе не ставят точку в деле об убийстве адвоката Маркелова и журналистки Бабуровой, — как кажется некоторым алчущим «разобраться, как следует, и наказать кого попало».
То, что процесс над Тихоновым и Хасис является политическим, и то, что Никита с Женей являются узниками совести, — это уже совершенно очевидный факт. Однако для тех, кто в пылу политической полемики не хочет видеть очевидного, необходимо более детально разобрать не только произошедшее на процессе, но и некоторые обстоятельства, сопутствующие ему.

Во-первых, за последние годы мы все, невзирая на свои политические пристрастия, уже привыкли к тому что российская Фемида совершенно не страдает от юридической безграмотности некоторых судебных решений, и, де-факто, зачастую является инструментом репрессий по причине вопиющего невежества.
Тем не менее, уровень правового нигилизма, продемонстрированный на процессе Тихонова и Хасис, запределен. Справедливости ради надо сказать, что и сам институт суда присяжных в России имеет врождённые пороки. Например, — решение о том, является ли доказательство защиты или обвинения допустимым для оглашения перед присяжными, принимает судья единолично. Потому, к примеру, имеющиеся в деле документы, свидетельствующие о том, что Хасис была сильно избита при задержании, не были оглашены перед присяжными, как якобы не имеющие отношения к делу, а доказательства обвинения, полученные с явными нарушениями УПК, — были озвучены.

Во-вторых, очевидно, что не только на следствие, но и на суд было оказано колоссальное давление.
Показательна история Анны Добрачевой: бывшая присяжная в этом громком процессе сложила свои полномочия 12 апреля. Женщина не выдержала давления, со стороны старшины присяжных, оказывавшегося с целью вынесения обвинительного вердикта по делу.
Анна Добрачева рассказала, что, несмотря на соблюдение вроде всех правил, “…в коллегии присяжных все равно оказались люди, которые в прошлом имели отношение к правоохранительной системе.
…Всё самое интересное началось после 24 февраля, когда присяжный №1 Сергей принес в комнату совещаний ноутбук и стал зачитывать данные по Хасис и Тихонову, также он начал информировать нас по поводу адвокатов обвиняемых — кто какими делами занимался раньше.
На каждое заседание он приносил новую долю негативной информации по Тихонову и Хасис. Из его уст постоянно лились матерные выражения — по-другому он разговаривать не умел. Например, про Хасис он все время говорил: «Пи… как дышит». Эту фразу он повторил раз 30. Остальные присяжные молча его слушали. Вскоре обрабатывать нас взялась присяжная №4 — женщина лет 60, психолог по образованию. Она буквально зомбировала народ. Ежедневно выбирала себе жертву и начинала ее обрабатывать — четко навязывала свою позицию обвинения. Когда ей начинали перечить, мол, нет прямых доказательств вины обвиняемых, она кричала: «Да что там думать, защита может вообще не выступать, и так все понятно».
Необходимо заметить, что присяжный №1, Сергей Мамонов, признал факт сбора сведений о подсудимых за рамками судебного заседания. Непонятно, что именно помешало судье Замашнюку выполнить свой долг — а именно: отстранить присяжного от участия в процессе. Видимо, некий авангардистский взгляд на судопроизводство, в рамках которого Замашнюк умудрился удалить до конца судебного разбирательства… одного из адвокатов подсудимых!

И третья, отличительная черта процесса, имеет своё собственное, нарицательное имя — «азефовщина»; был в начале века такой разносторонний человек, как Евно Азеф, который умудрился руководить боевой организацией эсеров и одновременно немножко работать агентом охранки.
Ближайший друг Никиты Тихонова, Илья Горячев, руководивший националистической организацией «Русский образ», сперва оклеветал Никиту, потом отказался от своей клеветы — дескать, давило следствие, не устоял… А потом отказался и от этого отказа — дескать, в первый раз всё правильно сказал: Тихонов убийца, а отказ от первоначальных показаний Горячев написал, поскольку был запуган Тихоновым (который находился в Лефортово)…
Но и это ещё не предел.
Некто Сергей Голубев, известный по прозвищу «Опер», явился в Мосгорсуд, где выступил перед присяжными, дав показания против Никиты Тихонова. Он заявил, что сделал это добровольно и сознательно, поскольку, дескать, в неформальных беседах с опертивниками ФСБ во время следствия Никита и Женя рассказали о нем много лишнего, а на самом деле он всего лишь музыкант и организатор концертов.
Сравнить это выступление можно разве что с добровольным появлением на Нюрнбергском процессе гражданина Гитлера А.А., который бы заявил, что он простой, оклеветанный негодяями-подсудимыми, художник-пейзажист.
Дело в том, что на протяжении долгого времени гражданин Голубев позиционировался в Интернете как один из руководителей праворадикальной группировки «Blood&Honor/ Combat 18 Russia». И каким ветром его занесло в свидетели обвинения на процесс, в котором обвиняемые явно сидят на скамье подсудимых только за свои правые убеждения, пока никому не ясно.
Так же, как и неясно, — кто и зачем убил Маркелова и Бабурову.

Сергей Загатин. http://zavtra.ru/cgi//veil//data/zavtra/11/912/51.html

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin ADD COMMENTS

Комментарий