Fuck the Febs или сломай Систему играючи.

Два года назад по подозрению в экстремистской деятельности сотрудниками ФСБ у себя в квартире был задержан Антон Мухачев. Изначально арестовывать его никто не собирался. Расчет Конторы был прост: залететь с криками: «Лицом в пол, фашистская сволочь!», по ходу дать подзатыльник хрупкой Ольге, супруге Антона, и все это на глазах у ясноглазой дочери, чтобы детские крики пораздирали отцовское сердце в клочья и он согласился дать нужные показания в обмен на «условно», а главное покой и свободу других членов семьи. Просчитались.

Во-первых, дать Ольге подзатыльник – себе дороже. Во-вторых, дочка Антона Ярослава на то и его дочка, чтобы уже с малых лет понимать кто тут свой, а кто ОПГ. И может она испугалась, конечно, но как-то совсем по-мухачевски, и не по-взрослому дерзко закусив свою маленькую губку кинулась в атаку на папиных обидчиков. Ну и наконец главный просчет – сам Антон. Все мы всегда знали, что уж лучше муж и отец в тюрьме, чем муж и отец предатель. Этого бессовестные люди в погонах уж видимо в расчет никак не брали, а потому все дальнейшие события развивались не по их сценарию, а по мухачевски – твердо и неожиданно для Конторы.

Плевок в лицо «правосудию», правый прямой в голову в ответ и Лефортово — для начала на пару месяцев. Думали одумается, ага. Антон, конечно, не «одумался» и стоически перенося все тяготы и лишения остался и на сегодня (спустя 2 с лишним года) «при своих». Ольга от мужа не отставала и при любой возможности и невозможности воевала с «правосудием», обличая весь беспредел происходящего и пыталась вытащить своего мужа из тюрьмы, вернуть дочери отца.

«Доказать» невиновность было в общем то невозможно по сути, ведь Антона никто и ни в чем не обвинял – это просто такой фирменный стиль ФСБ: ты вроде уже в тюрьме и статью тебе подобрали, но формулировки настолько размыты и о чем говорят не понятно, что в пору не только лингвистов, но и психологов вызывать в помощь, ибо в здравом уме понять официальную версию невозможно, да и пытаться, на самом деле, не стоит. «Официальная версия», как правило, вообще не имеет ничего общего с реальностью. А в реальности от Антона по прежнему требовали одного – показаний, ложных и грязных, для выявления «врагов народа», а точнее врагов государства. Антон же, несмотря на бесчеловечное к нему отношение, по-прежнему оставался человеком. И человеком честным.

Тогда Контора решила использовать давно проверенный способ и подтвердить всю серьезность своих намерений в отношении Антона дополнительными обвинениями по универсальной и ручной 159 статье УК РФ (дела Алексея Козлова, Рощина-Бажибиной и другие подобные у всех на слуху). Тем более, что в наше время тотального силового прикрытия бизнеса, это просто как дважды два. У Антона был бизнес, у бизнеса был некий собственник (партнер Антона) у которого была «крыша». «Крыша» — это всегда очень удобно, особенно когда речь идет о поиске «свидетелей и фактов», необходимых для возбуждения уголовного дела против неугодного человека. Я знаю о чем говорю, против меня дали показания мои бывшие коллеги, не совсем законный бизнес которых всецело контролируется ФСБ. Понятно, что при таких раскладах на одну чашу весов ложится «просто бизнес и ничего личного», а на другую – «свобода и благополучие семьи». В любом случае «свидетели» не моргнув глазом оговорили меня, спасая бизнес и собственную шкуру. В случае с Антоном, подконтрольные бизнесмены – собственники решили схитрить и дав изначально требуемые показания против Антона, сейчас пытаются отыграть ситуацию обратно, но это уже вряд ли поможет. Механизм ведь уже запущен и Антон из «экстремистов» официально превратился в «экономистов». По факту же по-прежнему оставаясь лишь любящим мужем, заботливым отцом и не безразличным к судьбе своей Родины русским человеком, а уж никак не «врагом народа» и не мошенником. Но главное, самое неприятное для следствия, Антон по-прежнему оставался честным человеком.

На исходе полутора лет бесконечного изучения и наблюдения за Антоном в Лефортовской тюрьме, где «не только у стен есть уши», Контора окончательно убедилась, что единственное слабое место у Антона – жена и дочь. Нет, в Конторе не дураки, просто Олю и Ясю меньше всего поворачивается язык назвать «слабым местом», ведь на протяжении всего этого времени – эта была главная ударная сила Мухачевых и разглядеть в этой силе хоть какую-то брешь было не легко. Но тем не менее разглядели к 2011 году и завели против Ольги уголовное дело по выступлению на митинге весной 2008 года. Вот обвинение, а вот экспертиза Комитета за гражданские права. Но я уже говорила выше, что официальная версия событий от ФСБ с реальной жизнью обычно никак не связана. От Антона по прежнему требовали нужных показаний, а он по-прежнему их не давал.


От безысходности, приняв изрядно на грудь, следователь ФСБ Фисюков пошел бить Антону морду. Больше ему все равно уже ничего не оставалось, после того, как отправленный к Антону в камеру чеченец не стал прессовать Антона, а наоборот поделился своими бедами. И всё. Всё, потому что этим своим битьем в морду Контора расписалась в своем поражении. Когда я прочитала об этом в СМИ, несмотря на свое по-бабски чувственное переживание за здоровье соратника, я радовалась и в духе военного времени напевала победные марши в камере по соседству. Тем более, что Оля и Яся далеко, там где птицы поют безмятежные песни, солнце светит чуть ярче, а звезды падая ложатся прямо в руку и можно загадывать бессчетное количество желаний, которые непременно сбудутся…
Антон пока еще судится, но уже как-то с ленцой, по-победному. Ведь чтобы там не написали в «официальном приговоре», а в реальной жизни Мухачевы Контору сделали.

Тогда, два года назад Мухачевы были для меня представителями обычной семьи политически активных граждан. Муж в тюрьме, жена дома с ребенком. Из общей массы эта семья выделялась лишь тем, что мой ближайший соратник по «Русскому вердикту» является близким другом этой семьи. Сегодня же, благодаря действиям ФСБ эти ребята стали для меня и многих других еще одним примером мужества, стойкости, безграничной верности друг другу и нашему общему делу. Они одни из тех, кто делает историю сегодня, не ожидая утопичного «часа Х» у мониторов своих компьютеров. Уверенно глядя в глаза так называемому «правосудию», воюющему с собственным народом, плюя ему в лицо, мы по чуть-чуть, но все же ломаем эту коррумпированную и зажравшуюся Систему, упивающуюся в угаре от собственной вседозволенности и безнаказанности. И пусть в ответ от Системы – правый прямой в лицо и тюрьма, но все равно счет в нашу пользу и моральная победа за нами. Лично для меня это очевидно, как и для каждого кто хоть немного знает историю.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Мне не так часто посчастливилось видится с Антоном тут, в тюрьме, но каждый раз я искренне гордилась и радовалась, что мы находимся по одну сторону баррикад. Сильный духом, умный и честный мужчина, безумно любящий своих девочек той безусловной и чистой, воспетой в русских былинах любовью. Любовью настоящего мужчины и русского националиста, который знает цену жизни, свободе и конечно любви. Ну а Ольга… Не сомневаюсь, что она всегда будет для Антона надежным тылом и домом. А Яська вырастит и отомстит за родителей :)
Для большинства заключенных свобода это иллюзорная мечта. Для Антона свобода это прежде всего его семья. Он никогда не говорил этого во время наших совместных поездок в автозаках, но это и так понятно – без слов. Достаточно хоть раз увидеть его. Держись, братка!

«Да поздно уж нынче бояре и воеводы! Видал народ ваши пятки, ведает он, что бежали вы от простого дубья. Видел народ и трепет ваш перед плахой, слезы ваши да кровь, простую, как наша… Прозрел нынче народ на Руси. Не уляжется, нет! Опять будет трясти вас как груши… Отсеют хлеба мужики и опять соберутся в ватаги».
«Степан Разин», С.Злобин.

Евгения Хасис.
СИЗО «Лефортово».
Сентябрь 2011 года.

http://rusverdict.livejournal.com/158204.html

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin ADD COMMENTS

Комментарий