Никаких сенсаций. Все давно известные факты в одном месте.

На момент ареста Никиты Тихонова и Евгении Хасис и вплоть до определенных событий Илья Горячев был другом Никиты, как говорят, лучшим другом. После ареста Никиты и Жени, Горячев неоднократно вызывался в следственные органы для дачи показаний. Для всех, кто следил за ходом дела и после анализировал его результаты, очевидно, что именно показания Горячева против Тихонова и Хасис стали тем самым скрепляющим раствором в неровной кладке обвинительного заключения, той самой связующей нитью, которая позволила сшить дело, отправившее двух молодых людей на пожизненный срок и 18 лет заключения…

Инфографика Илья Горячев


2009

23 октября – 3 ноября. Прослушка квартиры Тихонова и Хасис
В этой «прослушке» неоднократно упоминается Горячев, и из нее так же становится известно, что Горячев был задействован в канале передачи боеприпасов для Тихонова.


3 ноября. Рассекречены результаты оперативно-розыскной деятельности ФСБ в которых указывается на причастность Горячева к убийству Станислава Маркелова

«И.Горячев (прозвище «Студент») участвует в противоправной деятельности совместно с Н.Тихоновым и Евгенией, осуществляя материальное обеспечение и идеологическое сопровождение последним. Возможно, снабжает оружием, доставляемым, в том числе из Сербии, где И.Горячев располагает личными связями»;
«На основании вышеизложенного, принимая во внимание особую опасность подозреваемых <…> полагал бы целесообразным задержать Н.Тихонова, Евгению, И.Горячева <…>, рассмотреть возможность привлечения их к уголовной ответственности, а так же провести в отношении указанных лиц и их связей, причастных к противоправной деятельности, неотложные следственные действия».

3 ноября. Задержание и последующий арест Тихонова и Хасис

5 ноября. Обыск у Горячева и его неофициальный допрос
Сам Горячев в письменном отказе от показаний от 27.08.2010 года описывает события того дня так: «После обыска около 22-х часов я был доставлен в помещение ГУВД г.Москвы на улицу Петровка-38, где до 6-ти утра <…> расспрашивали про движение «Русский образ», одним из руководителей которого я являюсь, и про Никиту Тихонова, убеждая сознаться в том, что я вместе с ним состоял в какой-то экстремистской организации и доставлял ему оружие».

Уже позже, находясь за границей, в интервью для журнала «The New Times» от 21 марта 2011 года он уточняет подробности: «Меня отвезли на Петровку, там со мной разговаривал сотрудник ФСБ, который знал всю мою жизнь за последние два года в мельчайших подробностях. Еще два допроса состоялись через пять дней и в апреле»;
«Мне были четко обрисованы две возможные перспективы: дать показания и выйти из кабинета, или отправится в Лефортово, где их даст кто-нибудь на меня. Первоначально по делу Маркелова я проходил как обвиняемый. Также мне предлагался „вариант“ Максима Базылева, который „покончил собой“ на Петровке в ИВС».

Таким образом, Горячеву предложили отказ от обвинений в его адрес и выход на свободу в обмен на показания против Тихонова и Хасис, и свой выбор он сделал. Правда, ему очевидно забыли уточнить, что индульгенция ему дается не бессрочная…

9 ноября. Первый официальный допрос Ильи Горячева
На первом допросе Горячев под камеру рассказывает, что с Тихоновым он знаком давно. В начале октября Тихонов при личной встрече с ним в ходе «вербального конфликта» для аргументации своей точки зрения прямо сказал, что являлся исполнителем убийства на Пречистенке 19-го января.

С Хасис, по словам Горячева, он знаком с начала июля, она ему – знакомая, каких у него «в телефонной книге пара сотен», познакомился с ней в интернете, встречался с ней раз 5-6. Общались на «общие темы» и она его консультировала в его отношениях с девушкой, а на начальном этапе их знакомства она показывала ему паспорт (!), чтобы он мог убедиться в том, что ее действительно зовут Евгения. Как развивалось их общение он не упоминает, но уже спустя четыре месяца после знакомства, а именно — в конце октября, они отчего то уже общаются на тему «легального и нелегального пути развития организации и вообще движения в широком смысле слова, то есть русского национального движения», в ходе этого общения у них происходит конфликт и Хасис в качестве аргумента опять же приводит ему в пример свое участие в событиях на Пречистенке 19-го января.
О том что Тихонов и Хасис были знакомы и у них отношения Горячев не знал до того момента пока 5 ноября не увидел сообщения в СМИ о том, что они задержаны вместе.


2010

20 апреля. Второй официальный допрос Ильи Горячева
В этих показаниях Горячев рассказывает опять же под камеру о взаимоотношениях Тихонова и Хасис с рядом лиц, в частности, говорит о том, что в сентябре 2009-го по просьбе Никиты пристроил Женю на занятия по ножевому бою, напрочь опровергая данную в первых показаниях информацию о том, что до сообщений в СМИ он не знал о том, что Тихонов и Хасис знакомы. Далее он много говорит о том, что ему известно о причастности Тихонова и Хасис к убийству Маркелова и Бабуровой…

Тут следует отметить, что ни о первых, ни о вторых своих показаниях Горячев не сообщил ни адвокатам Тихонова и Хасис, ни самим подследственным, ни их родственникам. Никому ничего о показаниях Горячева не было известно до того момента, пока обвиняемые не начали знакомиться с материалами дела перед началом суда. То есть у Горячева был почти год с момента дачи им первых показаний против Тихонова и Хасис, чтобы прийти к родственникам и адвокатам обвиняемых и предупредить их, чтобы попытаться минимизировать ущерб причиненный им. Однако он этого не сделал.

27 августа. «Отказ от показаний»
В своем письменном, нотариально заверенном заявлении Горячев сообщает, что на состоявшихся двух допросах он вынужден был дать ложные показания против Тихонова и Хасис под давлением оперативных сотрудников, потому что был сломлен физически (ему не давали спать) и психологически (его поставили перед выбором: либо его признают соучастником убийства, либо он дает показания против них). А на самом деле, подчеркивает Горячев, ни Тихонов, ни Хасис ничего ему о своей причастности к событиям на Пречистенке 19-го января 2009-го года не сообщали.
В Мосгорсуд данное заявление, впрочем, отправляется Почтой России лишь спустя более чем полгода после подписания — 17 марта 2011 года.

Отказ Горячева от показаний против Тихонова и Хасис - конверт


Ноябрь. Рукописное заявление Горячева об угрозах Тихонова из тюрьмы и подтверждение первоначальных показаний о виновности Тихонова и Хасис (т.н. «Отказ от отказа»)
– ПУБЛИКУЕТСЯ ВПЕРВЫЕ!
В ноябре 2010-го Горячев покидает страну. В это же время (вероятно накануне или одновременно) он пишет новое заявление в котором подтверждает свои первоначальные показания, данные на двух допросах. «Отказ от отказа» оформляется Горячевым в двух экземплярах: один в адрес Следственного комитета РФ, другой — в Московский городской суд. (Для особо щепетильных, образцы почерка Горячева есть тут и тут)


В заявлении Горячева есть указание на то, что угрозы в свой адрес от людей, близких к Тихонову, он начал получать в начале сентября «этого года». А в начале октября «этого года», он прекратил общение с Тихоновым по телефону. Из этого следует, что заявление писалось в конце 2010 года, хотя бумага и датирована 11-м января 2011 года, под «сентябрем этого года» и «октябрем этого года» следует понимать сентябрь и октябрь 2010 года. Так вот, из данного заявления следует, что именно в связи с этими угрозами от Тихонова, он (Горячев) испугался и отказался от «изобличающих» показаний против Тихонова и Хасис, поскольку Тихонов дескать требовал от него явиться в суд и отказаться от данных на следствии показаний или сделать тоже самое в письменной форме. Однако, отказ от показаний против Тихонова заверен у нотариуса Горячевым 27-го августа 2010 года. То есть еще до поступления Горячеву «угроз» и требований отказаться от показаний. Из этого можно сделать вывод, что нотариально заверенный отказ от первоначальных показаний, Горячев сделал в конце августа по собственной инициативе.

Вот что говорит об этом сам Горячев в уже упомянутом выше интервью журналу «The New Times»: «Уже после показаний, которые я дал (на допросах, – прим.), меня попросили подписать бумагу о том, что на суд я не приеду, ибо опасаюсь расправы, что Никита Тихонов угрожал мне по телефону, и все свои слова я подтверждаю удаленно. Это они делали понимая, что я могу отказаться от оговора Тихонова. Я заявляю: все что я сказал и подписал — не правда. Никита мне никогда не угрожал, никогда не говорил, что убил Макрелова, даже фамилию адвоката мы не обсуждали, хотя действительно встречались регулярно. Угрозы Хасис тоже полная ерунда. Ее фамилию я узнал из новостей после ее задержания».

Единственный вопрос, который остается: чего хотел достичь Горячев этим своим «нотариально заверенным» отказом от показаний против Тихонова и Хасис? Он таким образом хотел дезавуировать свои показания, данные на допросах, или это был лишь пиар-ход с его стороны? Надо понимать, что ни отказ от показаний, заверенный Горячевым у нотариуса, ни «отказ от отказа» от показаний, написанный им рукописно в двух экземплярах — никакой юридической силы не имеют. Юридическую силу имеют лишь показания свидетеля, данные на следственном действии под названием «допрос», а так же показания свидетеля, данные им в зале судебных заседаний. Однако в суд Горячев так и не явился, эмигрировав в Сербию. Судья Замашнюк зачитал оба горячевских отказа-заявления без присутствия присяжных-заседателей и никакого значения для хода дела эти его писульки не имели. Присяжным показали лишь видеозаписи двух его допросов от 09.11.2009 и 20.04.2010 соответственно. Если бы Горячев действительно хотел помочь оклеветанным им людям, ему нужно было приходить в суд и расставлять там все точки над i.


2011

11 января. Начало суда над Тихоновым и Хасис

18 января. Рукописное заявление Горячева об угрозах («отказ от отказа») поступает в СКР и отправляется почтой в Мосгорсуд
Риторический вопрос №1: у кого хранился этот документ (оба экземпляра) после его написания Горячевым, кем он был отправлен по почте в Мосгорсуд и каким образом он был доставлен в СКР?

17 марта. Нотариально заверенный отказ от показаний, данных Горячевым на следствии отправлен почтой в Мосгорсуд
Риторический вопрос №2: у кого хранился этот документ более полугода после его нотариального заверения Горячевым, кем он был отправлен по почте в Мосгорсуд и почему так поздно?

21 марта. В журнале «The New Times» выходит интервью Горячева и скан его нотариально заверенного отказа от показаний против Тихонова и Хасис

12 апреля. Оба заявления-отказа Горячева оглашаются судьей Замашнюком без присутствия присяжных-заседателей. Присяжным демонстрируют видеозаписи допросов Горячева
«Судья без присяжных зачитывает письмо Горячева об отказе от данных им на следствии показаний. Отказ направлен 17 марта 2011г. из Москвы, он идентичен опубликованному в журнале «Нью Таймс». Теперь судья зачитывает другое рукописное письмо Горячева от 18 января 2011г., котором он подтверждает свои показания на следствии, пишет, что ему стали угрожать друзья Тихонова, в т.ч. Барановский, который готовит ряд статей в сети, которые должны заставить автора изменить свои показания. Дополнительно сообщает, что были угрозы и другим свидетелям со стороны Тихонова и его друзей, указывает, что Тихонов требовал от Горячева пополнять его телефон, которым, якобы, Тихонов пользовался в тюрьме».

«Далее оглашается письмо от центра по защите свидетелей, в котором сообщается, что они не могут реализовать защиту свидетеля, так как Горячев покинул Россию».


2012

Горячев спокойно живет в Сербии, не пишет заявлений, ни в «Human Rights Watch», ни в Европейский суд по правам человека, куда обратились с жалобами на приговор адвокаты Тихонова и Хасис, ни куда бы то ни было еще, совершенно забыв о приговоренном, благодаря его показаниям, к пожизненному сроку Никите Тихонове и приговоренной, благодаря его показаниям, к 18-летнему заключению Евгении Хасис.


2013

8 мая. Задержание и последующий арест Горячева в Белграде

16 июня. В Центральной тюрьме Белграда у Горячева восстанавливается память
На нарах, Илья Горячев внезапно снова вспоминает, что его показания против Тихонова и Хасис были «ложными» и он всё-таки давал их «под давлением», о чем он тут же сообщает всем вокруг: «Уже 3 ноября 2009 года был арестован Никита Тихонов и Евгения Хасис, а 5 ноября 2009 года прошел обыск у меня как идеолога проекта «Ермолов». На обыске ничего противозаконного у меня обнаружено не было. Но начавшаяся разработка «Русского образа» и меня лично дала плоды позже – весной 2010 года я был похищен сотрудниками УЗКС 2-ой службы ФСБ РФ. Под давлением в течение 9-ти часового допроса я был вынужден дать ложные показания на Никиту Тихонова. Допрос вели сотрудники ФСБ. Впоследствии эти показания были применены для «убийства» авторитета «Русского образа» на правом политическом фланге, в том числе и для убийства проекта «Ермолов». В ноябре 2010 года я уехал заграницу, в вынужденную политическую эмиграцию, чтобы не участвовать в суде над Тихоновым и Хасис, прислал в суд нотариально заверенный отказ от показаний, данные мною 20 апреля 2010 года на незаконном допросе в СКР».

P.S. Морали не будет. Выводы пусть каждый делает для себя сам. Для полноты картины лишь рекомендуем ознакомиться со свежей заметкой о Горячеве и не только адвоката Александра Васильева, работавшего по делу Никиты Тихонова и Евгении Хасис защитником их обоих на разных стадиях процесса.

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin 1 COMMENT

Комментарий



подписей

  1. Миронов Олег Геннадьевич:

    Интересно, Горячев просто трус или провокатор ? Не может быть чтоб и то и другое.