Евгения Хасис

Евгения Хасис

Обычный день мордовской колонии. Вызов в штаб. Поднимаюсь по ступеням двухэтажного здания с убранством в стиле соцреализма. Стучусь в массивную деревянную дверь замначальника колонии по БиОР:
– Войдите.
– Осужденная Хасис Евгения Данииловна, статья 105, части 2 и 3, срок 18 лет. Начало срока 3 ноября 2009, конец срока 2 ноября 2027, — стандартный доклад осужденной. – По вызову администрации прибыла.

Слева начальник БиОР, передо мной незнакомый молодой человек в очках. В глаза не смотрит, вид отрешенный. Пальцами рук перебирает манжеты цельновязаного свитера. Бормочет что-то сквозь зевоту, обращаясь куда-то в сторону. В его бормотании слышно: «…Горячев…Тихонов…БОРН…Маркелов…Чувашов…убийство…оружие…Зачитываю Вам положение УПК РФ…желаете ли вы…или 51-я?».

Я не слушаю, и так понятно, что ему нужно и зачем он здесь. Смотрю сквозь него… в саму себя.

По стеклу барабанит дождь, по решетке стекают капли воды, мерцающие при свете прожекторов холодным металлическим блеском, за окном — здания отрядов, заборы, зона… Никогда решетке не зацвести цветами. Тут нет места философии, поиску истины, справедливости. Есть закон, режим, порядки и правила. Без эмоций. Без чувств. Привыкаешь. Со временем даже самые горячие головы и пламенные сердца остывают от этого душащего холода. Гаснут глаза, закрываются от безнадеги и равнодушия, прячутся за мутной пеленой, теряют свою радужную расцветку и становятся у всех одинакового цвета – цвета стали. Заборы, колючая проволока, собаки, охрана отделяют этот мир от мира вольного. Здесь никто не родился, никто не назовет этот клочок земли своей Родиной.

Мертвая, нерожавшая земля, населенная невольно живыми людьми. Здесь я ощущаю себя повисшей в воздухе. Ни на небе. Ни на земле. Нигде. Отсеченная от новостного шума, споров и мнений, событий, внимания, друзей, близких, любимых. Всего, что дорого и что ненавистно. От жизни. Не расставшись с ней, а именно оторвавшись от нее. Я смотрю на Жизнь со стороны, продолжая ходить, дышать, говорить, думать. Не жить. Существовать. Многое, что раньше казалось незначительной мелочью, теперь стало большим, а большое – малым, смешным и неважным. Словно помарка в книге судьбы, нелепая описка. Что-то окрепло, что-то разрушилось. Самыми близкими оказались не те и не тот, кем восхищалась, с кем шла, за кем шла, а те кто знают сколько кусочков сахара я кладу в чай. Своя Прошлая жизнь стала такой же чужой. Обрела иную ценность. Ценность не своей, не главной… Кто прав, а кто виноват лучше всего видно не через призму собственного восприятия, а если смотреть непредвзято, как на исповеди перед Богом. Я та же. Не плохая и не хорошая. Но я изменилась…

Чтобы обрести новую себя, быть собой и жить своей жизнью, отвечая за ее ход, стремясь к своим идеалам, идя своим путем, не скрывая собственного лица и своих следов, мне нужно поставить точку в той Прошлой жизни.

***

Я смотрела в окно и понимала, что хочу рассказать о той своей Прошлой жизни, которая привела меня сюда. Впервые. Без пафосных речей и знамен. Рассказ, как вынужденная точка в конце не мной написанной истории. Сегодня, сейчас. Потому что наступило время. Потому что сейчас мой рассказ уже ничего не изменит. Два, три, четыре года назад этот рассказ был бы предательством любимого, друга, соратника, вчера – слабостью, завтра – бессмысленным оправданием. Лишь сегодня – это просто история. Такая, какая есть. Без желания кому-либо понравиться. Без желания оправдать или оправдаться. Без умысла повлиять или изменить. Повесть о собственной жизни, но жизни тесно связанной с Россией и Русским народом, частью которого я являюсь. По праву рождения, веры и выбранного пути.

И пусть справедливость так и останется лишь отдаленно мерцающим маяком для меня и тысяч других ищущих душ. Пусть… Пусть я никогда не буду услышана и понята, но не говорить сегодня куда большая потеря для самой себя. Рай ведь тоже утопия, но лишь в стремлении к нему мы способны прожить праведную жизнь, и этот путь тонкий и острый как лезвие бритвы, обретает большую ценность и смысл, чем сама цель. Путь не зверя, но человека…

– Я буду давать показания.
– …Уверены?
– Я буду давать показания по этому делу в рамках моей осведомленности.
Молодой человек сразу как-то возмужал и окреп. В первый раз посмотрел на меня. Так, словно увидел впервые и удивился моему нахождению в комнате.
– Почему вы решили начать говорить?
– Я стала свободной…

Евгения Хасис.
ИК-14, Парца, Мордовия.

Поделиться или распечатать:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Facebook
  • Twitter
  • email
  • Print
Posted by admin 4 COMMENTS

Комментарий



4 подписей

  1. Тон:

    Правые пентити. Победа ФСБ. Поздравляю!
    А что касается лирики, то всякий ставший предателем пытается морально оправдать свое предательство. Вот такими красивыми писанинами. Иначе ему только в петлю. Когнитивный диссонанц, понимаешь, в ее «душе». Некоторые даже книжки пишут (см. книгу-дневник русского ваххабита М.Панарьина). Только почему-то «раскаяние» и «прозрение» у них наступает строго в тюрьме.

  2. Игорь:

    По настоящему мощный текст.

  3. Максим Собеский:

    У политзэка Хасис прелестнейший слог. Какое развитее сюжета идет далее?

  4. Павел:

    Чувствуется сила в словах.
    /Что-то произойдёт./